Нейролептики
Нейролептики быстро «утихомиривают» возбужденных больных, не погружая их при этом в длительный сон.
...Однажды к приемному отделению психиатрической больницы подъехал автомобиль «скорой помощи». Сидевшие в машине два санитара едва удерживали высокого широкоплечего мужчину. Он пытался вырваться, рубашка и пиджак были порваны, по лицу катились крупные капли пота. Человек на мгновение неподвижно застывал, а потом, собравшись с силами, дико, с гримасой ужаса начинал кричать какие-то непонятные слова. Его крик был настолько душераздирающим, что даже «невозмутимые» работники приемного отделения выбежали на улицу. Больного с трудом привели, в кабинет. Увидев письменный стол и сидящую за ним медицинскую сестру, он, подобно загнанному зверю, попятился назад и вдруг с неукротимой яростью сумел оттолкнуть санитаров и бросился к сестре. В долю секунды он перевернул стол и, содрогаясь всем телом, дрожащими руками схватил испуганную девушку за плечи. Санитарам удалось разжать его пальцы. На обращения к нему больной не отвечал и, казалось, не слышал, о чем его спрашивают. Надо было предпринимать какие-то срочные меры. В тот день я был дежурным врачом и попросил, чтобы подготовили шприц с соответствующей дозой эффективного нейролептического препарата. Спустя полчаса после укола необходимость удерживать больного отпала. Тяжело дыша, уставившись в одну точку, он спокойно сидел на скамейке. Я подошел, положил руку на плечо: — Что вас беспокоит?
Он подозрительно, с опаской посмотрел на меня и ничего не ответил. Когда через некоторое время его перевели в палату, лег на кровать и продолжал тревожно осматриваться. Пришлось еще раз ввести нейролептик, на этот раз это было сделано уже без всякого сопротивления. Вскоре больной уснул.
На следующее утро он молчаливо стоял в коридоре. Здороваясь, я протянул руку. Он быстро окинул меня взглядом, повернулся и отошел в сторону. В течение нескольких дней этот человек еще оставался крайне подозрительным ко всему окружающему, не вступал в разговоры, хотя соблюдал режим, выходил вместе с остальными в столовую и в сад. Возбужденного безумия больше не было.