Безумие
Безумие — более широкое понятие, чем психическая болезнь, хотя сейчас практически они все чаще «накладываются» друг на друга.
Древние философы склонны были видеть два типа «неразумия» — сумасшествие и неведение. Быть без ума может и здоровый человек, когда он производит какие-то конкретные, недостаточно обдуманные, «странные» действия. Причем здесь многое зависит и от того, кто называет человека безумным, ибо наши суждения бывают субъективными и однобокими.
Кого считать умным, а кого наоборот — без ума? Или вообще безумным, если вкладывать в это слово уже иной смысл — свидетельство той или иной патологии? Любой однозначный ответ на эти вопросы неполон и неверен. Немало основных закономерностей и градаций в окружающем нас мире симметричны и в конце концов поддаются разгадке, когда мы раскрываем простое в сложном. В идеале, наверное, надо стремиться к простоте, всем понятной четкости и в объяснении психической нормы и болезни. Однако на сегодняшний день это пока еще далеко не всегда возможно. Известно, что имеются достаточно четкие определения тех или иных противоположных качеств или явлений. Например, черное — белое, холодное — горячее, мокрое — сухое и так далее. Но не все окружающее измеряется только противоположными понятиями. Как между двумя полюсами находится весь земной шар, так и между черным и белым, холодным и горячим, мокрым и сухим заключено неисчислимое количество оттенков и характеристик. Спросите ваших спутников, пришедших летом на берег реки или моря,— какая вода? Один скажет — теплая, другой сравнит ее температуру с парным молоком, а вам, возможно, вода покажется прохладной. У каждого свои чувствительность и опыт и соответственно этому — свои мерки. Причем в течение жизни они не остаются неизменными. Вначале человек воспринимает почти все окружающее преимущественно в противоположно-контрастных диапазонах, таких же, как тепло и холод, свет и темнота. Поэтому дети непосредственнее и категоричнее в своих чувствах и желаниях: хочу — не хочу; хороший или добрый человек — плохой, не добрый; это мой друг — это мой враг. В юности обычно «контрастность» суждений несколько сглаживается — появляются сомнения в своей правоте. В зрелые годы людям свойственны более глубокие оценки — жизненный опыт к тому обязывает. Резкие крайности как бы раздвигаются и впускают в сознание смесь красок, полутона, полухарактеристики. При этом анализ фактов, идейная убежденность, высокое чувство долга — иначе говоря, напряженная мыслительная деятельность, обоснованная, а не непосредственная чувствительность составляют основу отношений к людям и событиям. Отсюда и понятия о добре и зле, о врагах и друзьях, о хорошем и плохом у детей может быть одно, а у взрослых — совсем иное.